Курс – нулевой травматизм [Заполярный вестник, четверг, 18 августа 2016 г.] Окончание. Начало в номере №31 от 11 августа 2016 г.

Щербаков

Posted by on 18.08.2016

В редакции газеты “Заполярный вестник” прошла прямая линия на тему “Обеспечение промышленной безопасности и охраны труда в структурных подразделениях “Норникеля” с участием начальников управлений охраны труда и промышленной безопасности “Норильскникельремонта”, Норильского обеспечивающего комплекса и Заполярной строительной компании.

Проект “Риск-контроль” как продолжение корпоративного стандарта в сфере промышленной безопасности и охраны труда “Идентификация опасностей, оценка и управление рисками” стартовал в “Норникеле” весной этого года. Переход на риск – ориентированный подход при управлении промышленной безопасностью и охраной труда – предполагает сосредоточение на устранении опасных факторов, на снижении рисков путем замены оборудования и внедрения новых технологий, контролирования мер безопасности, внедрения новых, современных средств индивидуальной защиты. Процесс идентификации опасностей, оценка рисков и управления рисками – основа всей системы безопасности и охраны труда, подчеркивают специалисты. Ради сохранения жизни работников специалисты готовы на еще большее ужесточение требований и усиление контроля за соблюдением всех инструкций.

Вместе с тем, если судить по вопросам наших читателей, не все работники относятся к этому с пониманием.

Безопасность дороже

– Чем аргументировано такое жесткое требование к работам на высоте – 1,3 метра? Почему нельзя работать, как все нормальные люди, по законным правилам на высоте с 1,8 метра? Чтобы разгрузить кузов грузового автомобиля мне к чему крепиться? За шею к петле сразу? – негодует наш читатель М.

– Требование это аргументировано стандартом, который обязателен для всех предприятий “Норникеля”, – поясняет Инна Соболева. – Регламентирующие правила, которые приняты с 2015 года, допускают работы на высоте 1,8 метра, но мы по-прежнему придерживаемся более жестких стандартов, это вынужденная мера, потому что безопасность дороже.

– В Правилах по охране труда при работе на высоте говорится, что работодатель вправе устанавливать нормы безопасности при работе на высоте, не противоречащие требованиям настоящих правил. То есть требования стандарта в отношении определения высоты 1,3 м им не противоречат. Что касается применения страховочной привязи, то все зависит от ситуации. Должны быть приняты меры, исключающие падение работника с высоты. Поэтому каждая ситуация индивидуальна и должна быть описана либо в технологической карте на производство работ на высоте (для стационарных рабочих мест), либо в плане производства работ на высоте (для нестационарных рабочих мест), – дополняет Станислав Щербаков.

– Везде и всюду только и слышим: если деятельность работника не соответствует правилам безопасности и организации работ, то работу следует прекратить. В Заполярном филиале это правило начинают соблюдать, а как на ваших предприятиях? – спрашивает Вадим Анатольевич.

– В ЗСК в соответствии со стандартом “Идентификация опасностей, оценка рисков и управление рисками в области промышленной безопасности и охраны труда” реализована процедура отказа от выполнения работ в случае выявления рисков, которые представляют угрозу для жизни и здоровья работника в процессе производства работ. Все наши сотрудники обеспечены соответствующими контрольными листами, – поясняет Николай Курочкин.

– В “Норильскникельремонте” аналогичная ситуация. Это определено как законодательно, так и на уровне общества, – подчеркивает Станислав Щербаков. – В соответствии с приказом генерального директора “ННР” существует порядок отказа работника от выполнения работ, если это угрожает его жизни и здоровью. Данным правом в 2015 году воспользовались 40 человек, с начала этого года – 42.

– Как и у коллег, у нас так же реализовано право работников на отказ от выполнения работ в случае выявления рисков, – говорит Инна Соболева. – Но за все время действия стандарта обоснованных отказов не было. Были необоснованные, что подтверждено компетентной комиссией. Но даже если отказ и необоснованный, репрессивных мер к работникам никто не применяет.

– Вопрос от одного из читателей о поведенческом аудите: “Поведенческий аудит безопасности – это ново, интересно и полезно. Но почему наш аудит носит карательный характер? Перенимая новшества с запада, не хочется попадать в западню!”

– Чтобы рассеять этот миф, сразу скажу, что поведенческий аудит безопасности не носит никакой карательной функции, – подчеркивает Николай Курочкин. – Это беседа с работником, которая направлена на корректировку его действий. За выявленные нарушения или несоответствия в ходе аудита, если они не являются нарушением кардинальных правил, работник не несет наказания. И очень хорошо, на мой взгляд, что поведенческие аудиты безопасности проводятся в том числе и первыми руководителями предприятий, потому что каждый, независимо от ранга, должен быть примером приверженности соблюдения правил безопасности и охраны труда.

– Поведенческий аудит безопасности является дополнительной и неотъемлемой системой контроля и направлен на немедленное исправление опасного поведения работника, опасной ситуации, которая может привести к травмам, – дополняет Станислав Щербаков.

– В Норильском обеспечивающем комплексе поведенческие аудиты организуются постоянно, – говорит Инна Соболева. – Причем не менее четырех аудитов в месяц проводят как генеральный директор, так и его заместители.

– Когда мы перейдем от палочной системы к настоящей работе по защите жизни и здоровья работников? Тренировки по спасению жизни после удара током должны проводиться на манекенах, а не на бумажке, – спрашивает один из работников “Норильскникельремонта”.

– В “ННР” вся работа в области охраны труда направлена на сохранение жизни и здоровья работников. Обучение по оказанию доврачебной помощи проводится в учебных классах общества, которые мы в этом году оснастили интерактивными стендами. Именно обучению работников – как по профессиям, так и по видам работ – в “ННР” уделяется большое внимание. Со стороны специалистов учебного центра и управления ОТиПБ на регулярной основе осуществляется контроль за этим процессом. Факты формального обучения выявляются, и к лицам применяют меры дисциплинарного взыскания, – пояснил Станислав Щербаков.

СИЗ – наше все

– Какой принцип выдачи нательного белья? Финское, лучшего качества, выдают итээровцам, а нам, рабочим, обычное, хлопчатобумажное, оно более низкого качества. ХБ надолго не
хватает. Тот срок, на который оно рассчитано, не выдерживает, а списать и получить новое невозможно. То же можно сказать и о суконной спецодежде, – спрашивает один из читателей.

– Никакой проблемы в списании пришедшего в негодность нательного белья нет, – подчеркивает Станислав Щербаков. – Это, скорее всего, проблема в головах линейных руководителей, которые не хотят лишний раз заниматься списанием. И у нас нет деления на ИТР и рабочих. Кто трудится на улице – тому более теплое белье, тем, кто в цехах, – хлопчатобумажное.

– У нас в суконных костюмах работают в основном сталевары, кузнецы, плавильщики, вальцовщики стана горячей прокатки, – дополняет Инна Соболева. – Проводим закупку более легких костюмов для защиты от повышенных температур “Зевс”, но не для всех работ они подходят. А что касается списания спецодежды до истечения установленного срока носки, то проблема действительно только в оперативном оформлении документов. Для ускорения процесса у нас разработана автоматизированная программа по учету выдачи и списания спецодежды и СИЗ, в которой предусмотрено “облегченное” оформление документов.

– Раньше на производственных участках аптечки наполнялись различными лекарственными препаратами, теперь же только бинтами и лейкопластырями. Что делать, если стало плохо, а здравпункта нет или он находится на приличном расстоянии? – спрашивает Наталья М.

– В “ННР” закупается три вида аптечек: офисные, производственные и автомобильные. Производственные и офисные аптечки первой помощи, как и прежде, наполнены перевязочными материалами и лекарственными препаратами. Аптечки распределяются на производственные участки, – поясняет Станислав Щербаков.

– Перечень вложений в аптечки утвержден Министерством здравоохранения РФ, тем не менее у нас есть расширенный перечень, согласованный с медиками Норильска, – говорит Инна Соболева. – Но хочется напомнить работникам, что аптечка предназначена для оказания первой помощи, а не для проведения курса лечения, о чем работники часто забывают.

– К чему обязательное ношение очков открытого типа? Пластиковые очки постоянно царапаются, что очень неудобно в работе! Можно ли носить очки со стеклами (без диоптрий) во время движения по цеху, когда не выполняешь работу, или это принципиально? – вопрос от слесаря Николая Петровича.

– Ношение очков открытого типа обязательно, – подчеркивает Инна Соболева. – Как только работник переступает порог производственного участка, он обязан надеть очки. Согласна, пластиковые очки при неаккуратном ношении могут царапаться, но стеклянные могут расколоться, и это уже приведет к травме глаз, что гораздо хуже. Ношение очков со стеклянными линзами допускается лишь для людей, имеющих дефекты зрения. И то сейчас мы стараемся выдавать им защитные очки, которые надеваются поверх коррегирующих.

– В “ННР” действует программа профилактики профессиональных заболеваний и травматизма, связанных с органами зрения. Так, с 2015 года закупаются защитные корригирующие очки для работников с проблемным зрением. Программа является долгосрочной, поэтому на 2016 год также запланирован закуп очков данного вида,– дополняет Станислав Щербаков.

– Возможно ли рассмотреть вопрос о выдаче рабочим перчаток вместо верхонок, не о вачегах речь, тут без комментариев. Работы, не связанные с расплавом, удобнее выполнять в перчатках, – вопрос от одного из наших читателей.

– В “ННР” закупается десять видов перчаток и рукавиц для защиты рук от различных механических воздействий, от повреждений, порезов, проколов, повышенных температур, кислот и щелочей. Каждому работнику в месяц выдается не менее четырех пар перчаток разного вида, в зависимости от условий труда. От верхонок мы уже давно избавились, – поясняет Станислав Щербаков.

– Некоторое время назад, когда мы переходили от верхонок к перчаткам, рабочие были недовольны, – дополняет Инна Соболева. – Люди привыкли к рукавицам, и работать в перчатках им было неудобно. Так что это вопрос привычки. А проблемы, что выбрать – перчатки или верхонки, никогда не было; если защитные свойства одинаковые, то можно выбрать, что удобнее. Вместе с тем ситуацию, конечно, нужно рассматривать на конкретном рабочем месте, чтобы подобрать те перчатки или рукавицы, которые обеспечат безопасность.

– Хотим получать качественные сапоги и очки. Надоело оформлять браковку сапог, которые получили только месяц назад. Если покупаете нам дешевку, то покупайте по дюжине пар на год. Или покупайте качественное, у хороших производителей, – предложение от работников ЗСК.

– Все средства индивидуальной защиты, приобретаемые в ЗСК, сертифицированы и рекомендованы к применению в зависимости от конкретных условий труда, – подчеркивает Николай Курочкин. – Закуп СИЗ осуществляется у производителей с мировыми именами, таких как “3М”, “Восток-сервис”. Я допускаю, что в отдельных случаях может иметь место заводской брак. Однако из личного опыта хочу отметить, что в процессе контрольно-профилактической работы я регулярно беседую с работниками компании по качеству средств защиты. И зачастую из разговора становится ясно, что отдельные работники элементарно не читали инструкцию по эксплуатации СИЗ – и, как следствие, защитные очки у них быстро приходят в негодность, что и порождает подобного рода негатив. Более того, с начала 2016 года не поступало ни одного документально оформленного и аргументированного обращения по качеству предоставляемых средств индивидуальной защиты.

Бюрократия заела?

– Один из наболевших вопросов от линейных руководителей: “Зачем дублировать записи в журналах? Например, провели противоаварийные тренировки – для них есть специальный журнал, зачем все это прописывать в журнале выдачи заданий?”

– Это два разных документа, которые имеют разные функции, – поясняет Станислав Щербаков. – Журнал выдачи заданий – это основа, он обязателен для ведения во всех подразделениях общества. В нем отражается место производства работ, указываются документы, на основании которых будет выполняться работа, определяются меры безопасности. Как раз в журнале выдачи заданий и должно отражаться задание на проведение противоаварийных тренировок, а запись о результатах тренировки записывается в специальный журнал. Помимо этого, журнал выдачи заданий используется в материалах расследования и является документом, подтверждающим право работника на досрочное начисление пенсии, оттого и хранится он 75 лет.

– И вновь вопрос про стандарты: “Вы нас совсем запутали с этими стандартами. Раньше была одна книга – СУПБ. Сейчас набор каких-то инструкций, работать и не нарушить какую-то просто невозможно. Потому что, пока заканчиваю изучать одну, выходит новая, и все кидаются изучать новую. Как работать?”

– СУПБиОТ – это документ, в котором определена система функционирования, он и сейчас действует. Что касается стандартов, они, по сути, вобрали в себя все существующие инструкции по охране труда. Поэтому говорить о том, что раньше соблюдали инструкции, а теперь стандарты, – ошибочно. Все мы должны соблюдать требования безопасности и сохранять жизнь и здоровье как себе, так и рядом работающим коллегам, – подчеркивает Станислав Щербаков.

– Работа по стандартам – это мировая практика. Каждый из них направлен на обеспечение безопасности при выполнении каких-либо операций или действий, видов работ, – дополняет Инна Соболева. – Новое всегда внедряется трудно, но переход на такую систему работы необходим. Главное при этом – сохранить положительные наработки прежней системы и усилить ее новыми идеями.

– К сожалению, программа поведенческого аудита безопасности составлена таким образом, что при тяжелом нарушении надо давать очень много разъяснений, уходит много времени, которого нет, надо же и работу делать! В итоге получаются только легкие нарушения, а это выглядит неправдоподобно. Можно как-то упростить заполнение программы, например заложив варианты моих вопросов и варианты ответов пабируемого?

– Сохранение жизни и здоровья работников – вот наша задача. План любой ценой никому не нужен. Что касается проведения ПАБ, то к нему надо готовиться заранее. И от того, как подготовится аудитор, будет зависеть качество его проведения. Формальный аудит не нужен, он не содержит объективной картины происходящего, – отмечает Станислав Щербаков. – В методике по проведению ПАБ, которая действует в “ННР”, вся процедура описана. В качестве рекомендаций могу посоветовать перед проведением разрабатывать контрольные листы, или, как еще их называют, чеклисты, с указанием проверяемых вопросов.

– Само проведение ПАБ как раз и заключается в беседе с работником и совместном определении проблем, которые имеются на данном рабочем месте, – дополняет Инна Соболева. – Поверьте, иногда от рабочих узнаешь много тонкостей, с которыми можно столкнуться только на практике, теоретически такое предусмотреть невозможно! И предложения от рабочих поступают часто интересные и нужные. – И последний вопрос к вам, Станислав Владимирович: “Работаю мастером в “Норильскникельремонте”. По часу до и после смены трачу на заполнение документов. Это время мне никто не оплачивает. Планируется ли как-то прорабатывать этот вопрос?”

– Вопрос проработан еще в июне этого года. Сейчас служба персонала вносит изменение в Положение об оплате труда. В ближайшее время этот документ будет подписан, и линейным руководителям будет оплачиваться дополнительный час на проработку документов, – сообщил новость Станислав Щербаков.

Лариса СТЕЦЕВИЧ